Автор, экран, зритель



         

Автор, экран, зритель - стр. 81


шись рядом с ним, заглянув ему в глаза.

Театралы могут возразить, напом­нив, что театр не имеет возможности приблизить зрителя к актеру и тем не менее контакт зала со сценой уста­навливается. Зрители переживают вместе с актером, хотя некоторые видят его с галерки. Все это так. Но театр имеет принципиальное отли­чие от кинематографа. На театраль­ной сцене находится живой человек и зритель слышит его голос, ощуща­ет контакт с ним, а не с тенью, дей­ствующей на плоском экране. Эф­фект подлинности у театрального зрелища полный. Конечно, глядя из глубины зала, человек не видит сле­зинку на щеке актера, но он чувству­ет чужое горе так же, как чувство­вал бы его в обыденной жизни.

Кинематографу, чтобы пробиться к сердцу зрителя, понадобились ком­пенсации, одна из которых — круп­ный план. Это была счастливая на­ходка. Укрупнив лицо героя, кине­матографисты максимально прибли­зили его к зрителю и буквально по­зволили «за глянуть ему в душу». Та-

кое общение с актером или с героем документального фильма возможно только в кинозале и на телеэкране.

Главная задача крупного плана — установить максимальный контакт зрителя с киногероем. Чтобы ее вы­полнить, нужно сконцентрировать внимание зрителей на мимике, на выражении глаз, а это возможно сделать, только показав лицо круп­но. Мысль, высказанная на крупном плане, всегда сопровождается тон­чайшими мимическими движения­ми, и, только показав их, киноопе­ратор может выявить тот момент «рождения мысли», о котором гово­рил советский кинодокументалист Дзига Вертов.

Портрет героя испокон веков был известен изобразительному ис­кусству. Но композиционное реше­ние кинематографического крупно­го плана имеет свои особенности, В частности, кинооператор нередко бе­рет в кадр героя при такой круп­ности, что рамка экрана срезает верх и низ лица, оставляя в поле зрения одни глаза. Живопись и графика, как правило, отвергли бы такую ком-




Содержание  Назад  Вперед